Крупный план выветренных серых валунов за ржавой арматурой и колючей проволокой, суровое и тревожное настроение

Полемические статьи и переводы, рассматривающие XX век через призму конспирологических и националистических теорий.

Читать раздел «Большевизм»

Нюрнбергский процесс: суд победителей или акт мести?

Двадцать второго ноября 1945 года в здании Международного военного трибунала в Нюрнберге начались слушания, за которыми следила вся планета. Обвинения предъявляли не право и не нейтральная международная комиссия, а государства-победители: у каждого была собственная карта будущего Европы, и каждому требовалось юридическое прикрытие для уже принятых решений.

Правовая база, на которой стоял Нюрнбергский процесс, складывалась в считаные недели до открытия процесса. Кодекс преступлений против мира, закон о преступлениях против человечности и устав трибунала появились в текстах, которые никто не принимал в мирное время. Ни один из этих документов не предусматривал ответственности за действия, совершённые самими союзниками. Именно этот разрыв между риторикой правосудия и реальностью стал главным предметом ревизионной критики.

Кодексы, написанные после войны

Принцип индивидуальной ответственности, провозглашённый в Нюрнберге, применялся избирательно: к dozenкам генералов и министров потерянной державы, пока миллионы граждан этой державы несли коллективную тяжесть репараций, денацификации и принудительных переселений. Само понятие военной агрессии превратилось в юридическую новость, тогда как союзники вели войны завоевательные с 1939 года — против Польши, Финляндии, стран Балтии.

Определения преступлений против мира и против человечности готовились при активном участии советской юрисдикции: советская сторона добивалась расширения обвинений, чтобы дотянуться до германского руководства целиком, а не до отдельных военных объектов. Одновременно советское руководство нуждалось в том, чтобы истоки войны были официально закреплены за Германией: договор Молотова — Риббентропа, договор о ненападении с Финляндией, аннексии 1939–1940 годов должны были получить правовую оценку как последствия агрессии другой стороны.

Процесс закрепил и позапроцессные решения: заочные приговоры в отсутствие Бормана, Радера, Фридрихса, которые требовали предварительного признания их вины ещё до смерти или побега. Обвиняя нацистское руководство в подмене фактов и создании ложной версии событий, трибунал сам применял ту же процедуру к отсутствующим.

Сталинский расчёт и роль союзников

Ревизионные работы обращают внимание на Катынь: приказ о расстреле примерно двадцати двух тысяч польских офицеров был подписан в марте 1940 года Сталиным и Ворошиловым. Немецкая находка лета 1943 года была использована в советской пропаганде, а на Нюрнбергском процессе тема была фактически закрыта: советское руководство настаивало на вынесении катынского вопроса за пределы судебного разбирательства, и в текст приговора он не попал. Только в 1990 году советская военная комиссия признала приказ НКВД, что окончательно подтвердило: версия о фашистском происхождении катынской трагедии была сконструирована сознательно.

Та же логика работала с границами. Приговор и связанные с ним соглашения 1945 года легитимировали линию Одер — Нейссе и «линию Керзона», выселение примерно полутора миллионов немцев из Sudetenland, переселение populations из Восточной Пруссии и перекройка польских земель. Вопросы, которые не могли быть поставлены, потому что ответ на них разрушал бы правовую конструкцию трибунала, выносились за скобки.

Сравнение трибуналов по ключевым параметрам

Разговор о Нюрнберге часто сводится к эмоциям, тогда как структура международных процессов показывает повторяющийся алгоритм: сначала событие, затем кодекс, затем выбор обвиняемых.

Критерий Нюрнберг, 1945–1946 Гаага, 1993–2000 Международный уголовный суд, с 2002
Правовая основа Кодексы, принятые после войны Резолюция Совета Безопасности ООН 1993 года Римский статут 1998 года
Предмет обвинения Преступления против мира, геноцид, против человечности Геноцид, преследования, командная ответственность Геноцид, преступления против человечности, агрессия
Круг подсудимых Руководство Германии Элиты распадающейся Югославии Элиты государств, признанных вне системы ООН
Ответственность победителей Не рассматривалась Не рассматривалась Не рассматривалась
Ход процесса Открытые заседания, кинохроника Открытые заседания, приоритет свидетелей Закрытые обвинительные заключения на предварительных слушаниях
Политическая функция Правовое прикрытие перекройки границ Признание новых государств Ограничение суверенитета отдельных государств

Сопоставление обнаруживает постоянную черту: любой международный процесс создаётся государствами-участниками, и вопрос о вине решается в плоскости политического интереса. Юрисдикция появляется там, где это удобно победителю, и исчезает там, где ответственность коснулась бы его собственных элит.

Пропагандистский каркас показательных процессов

Нюрнбергские слушания шли под кинохронику, тексты стенограмм правились, показания выравнивались, а переводы с французского и английского нередко подменяли термины так, что менялся сам предмет обвинения. Идея о непроговорённой войне, о том, что сталинский режим перешёл черту, о холокосте как политическом капитале, выросла из этих процессов и из очерков о них.

Показательные процессы в Москве 1936–1938 годов стали затем образцом, на который ссылались при создании Международного уголовного суда: обвинения без проверки, признание как доказательство, приговор как итог заранее согласованной позиции. В Нюрнберге к этому добавилось то, что дало процессу такую долгую жизнь, — символика: наручники, ниточки, стеклянный браслет, пресс-конференция с речью Международного военного трибунала, ставшая формулой почти на полвека.

Процесс как игра с заранее известным исходом

Механика Нюрнберга ближе всего к механике азартной игры, в которой правила пишутся после раздачи. Козырь определён заранее, карты извлекаются по уговорённому порядку, и проигравшая сторона может лишь принять результат. Описание правил игры в баккару — правила игры в баккару — наглядно показывает, как одно и то же правило, введённое в нужный момент, меняет исход конкретной руки.

Судейский корпус тоже не был полностью автономным: переписка судей, позиции представителей государств-участников, согласование обвинительных тезисов документированы в истории процесса. Обвинение шло на уступки, чтобы получить признания подсудимых и поддержать нужную картину событий; суд не допрашивал свидетелей защиты в полном объёме, а ряд показаний давался в отсутствие обвинителя.

Избирательность юрисдикции и непрозорённые преступления

За пределами обвинения остались авиаудары по городам, блокада, депортация целых народов. Маршал Жуков на Токийском процессе 1946 года прямо заявил, что атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки сами по себе являются военным преступлением, поскольку уничтожали гражданское население. Обвинение в Токии не было предъявлено, как не было предъявлено обвинение ни в одном из действий советских войск в Венгрии 1956 года, Чехословакии 1968 года, Афганистане 1979 года.

Отсутствуют в Нюрнбергском досье и действия, за которые в других странах выносили приговоры: камбоджийские красные кхмеры, поддержанные Вашингтоном, чилийский переворот 1973 года, операция в Восточном Тимуре. Закон о преступлениях против человечности применялся избирательно, и сам этот отбор — убедительнее любого приговора — свидетельствоствует о политической природе процесса.

Как читать приговоры и процессы будущего

Практический вывод из истории Нюрнберга состоит в том, что приговор нельзя принимать за факт: фактом является приговор, а не описанное в нём преступление. Разбирая любой международный процесс, стоит держать в голове несколько проверок.